Будь в курсе последних новостей вместе со Snaryad.info подпишись на ленту новостей  

Десятки и сотни тысяч изразцов...

      Десятки и сотни тысяч изразцов 60 различных типов и размеров обожгли они вмссте со своими помощниками. Причем не одноцветных, а пятицветных. Отказались белорусские мастера и от привычных глазурей, а заменили их глухими стекловидными эмалями. Чтобы они не растекались и не смешивались, края рельефных узоров чуть-чуть поднимали кверху, образуя неглубокие корытца. Так Россия обрела новую полихромную керамику и новую технику ее изготовления.

      Изразцовыми лентами опоясали стены храма, многоцветными ожерельями украсили барабаны его глав, нарядными наличниками обрамили окна и двери. А внутри храма вспыхивали разноцветными огнями керамические иконостасы, капители колонн и пояса из головок херувимов и львиных морд. Рисунки для своих изразцов мастера заимствовали отовсюду. Так, огромный вазон с цветами, особенно полюбившийся русским гончарам, взят из орнамента Евангелия, напечатанного Петром Мстиславцем в 1575 г. в Вильнюсе. А раппорт (повторяющийся узор) "павлиний глаз" из 18 больших изразцов заимствован с итальянских бархатов конца XVI - начала XVII столетий.

      В 1666 г., когда бывшего патриарха Никона увезли в ссылку, лучших мастеров-изразечников перевели в Оружейную палату. Уже в 1668 г. Степану Иванову сыну Полубеса велено с помощниками изготовить две тысячи изразцов для московской церкви Григория Неокесарийского на Полянке. Степан украсил храм широким изразцовым фризом "павлиний глаз", где на темно-синем фоне среди зеленых листьев горит оранжевым светом продолговатый глаз, а в центре его в яркожелтой рамке сверкает белый с зеленым зрачок. Точно такие же фризы можно увидеть на московских соборах в Измайлове, Андреевском монастыре и даже в Иосифо-Волоколамском монастыре. Одна из лучших работ Степана Иванова сына Полубеса - керамические барельефы для московской церкви Успения в Гончарах. Мастер изготовил полутораметровые фигуры евангелистов. Каждая состоит из четырех частей. Подобные полихромные барельефы украшали московские церкви Стефана за Яузой, Ермолая на Садовой улице, собор Данилова монастыря в Москве и Солотчинского под Рязанью.