Будь в курсе последних новостей вместе со Snaryad.info подпишись на ленту новостей  

В труде итальянского эрудита XVII в

      В труде итальянского эрудита XVII в. Филиппо Пичинелли "Мир символов", где систематизирована символика барокко, на первое место в ряду значений выдвинут сад как символ добродетели. В обращении к мотиву сада отразилась также характерная для искусства барокко попытка суммировать мир знаний и знание мира.

      Разнообразие, универсализм, учительный пафос "Вертограда многоцветного" сближают его с литературными садами-энциклопедиями западноевропейских проповедников. И это не случайно. Именно в эпоху барокко благодаря оживленным связям между странами и литературному посредничеству у восточных славян распространяются переводные и создаются оригинальные "вертограды", особенно учительные "сады". Литературные сады неожиданно напомнили о себе и в XX в. - "Зеленым Вертоградом" К. Бальмонта. Хотя сам жанр и исчерпал себя, но сад как эстетизированный, выношенный европейским культурным сознанием поэтический символ вошел в русскую литературу Нового времени. К нему обращались С. М. Соловьев, С. Есенин, Н. Гумилев, Ю. Балтрушайтис, Н. Клюев и др.

      Но вернемся к "Вертограду многоцветному". В основе стихотворной книги - поэтическая идея стройного миропорядка. Она охватывает весь космос - мир невидимый (небесно-божественный) и мир зримый (земной). Люди находятся у основания пирамиды, на вершине которой - "вездесущий" и вселюбящий Бог. Поскольку христианское учение основные требования предъявляет к человеку, то именно человек и его бытие - физическое и духовное - притягивает внимание Симеона. Все, что может излучать свет нравственной истины, вовлекается в "Вертоград", раздвигая его пространство до космических размеров, ради того, чтобы научить человека "заповеди тощно соблюдати".