Будь в курсе последних новостей вместе со Snaryad.info подпишись на ленту новостей  

В 1661 г

      В 1661 г. пятнадцатилетним подростком он поступил на факультет права Лейпцигского университета, где наряду с официальной программой, следовавшей аристотелевской традиции, познакомился с трудами классиков новой науки - Галилея, Френсиса Бэкона и Декарта. Важно подчеркнуть, что в противоположность многим своим предшественникам и современникам, стремлением которых было разрушить аристотелевскую схоластическую науку, Лейбницем руководило желание примирить старые и новые подходы. В 1663 г. он получил степень бакалавра за диссертацию, в которой утверждал, что индивидуум может быть понят только как некое единое цельное существо. В этом понятии уже можно увидеть зародыш будущего представления о монадах (от греч. монас - единица, единое; в род. п.  монадос).

      Формальные знаки признания способностей Лейбница следуют один за другим: в 1664 г. он получает степень магистра философии, в 1666 г. - степень лиценциата за диссертацию, которая была издана под названием "Об искусстве комбинаторики" (в ней он сформулировал мысль, являющуюся предшественницей современного подхода, используемого в компьютерах: любые суждения могут быть сведены к последовательности комбинаций элементов, таких, например, как числа), и наконец, в том же 1666 г. Лейбниц получает степень доктора "обоих прав" за диссертацию "О запутанных казусах". Правда, его родной университет отказал Лейбницу в приеме диссертации, сославшись на слишком молодой возраст соискателя. Лейбниц был этим глубоко оскорблен и покинул Лейпциг навсегда. Он отправился в университет Альтдорфа близ Нюрнберга, где не только успешно защитил диссертацию, но и получил предложение занять профессорскую кафедру. Это предложение было ему сделано прапрадедом Гёте, который был тогда деканом юридического факультета. От университетской карьеры Лейбниц отказался, мечтая о путешествиях, впечатлениях, об активной разносторонней деятельности. В своей автобиографии он писал: "...меня потянуло путешествовать и изучать математику. Ибо я считал недостойным молодого человека сидеть, точно пришпиленный к месту; дух мой горел желанием стяжать большую научную славу и посмотреть свет".