Будь в курсе последних новостей вместе со Snaryad.info подпишись на ленту новостей  

Пасэк, взявшийся к концу жизни...

      Я. Х. Пасэк, взявшийся к концу жизни за перо вместо привычной сабли и кубка, не мог предполагать, что войдет в историю культуры и литературы. Прирожденный рассказчик, он на склоне лет запечатлел на бумаге то, что, вероятно, много раз рассказывал в кругу шляхетской братии. В ту же пору Г. Я. Гриммельсхаузен в соседней Германии создает ставшего столь знаменитым "Симплициссимуса" (лат. - простодушнейший), близкого к плутовскому роману. Пасэк - польский Симплициссимус - сам хватается за перо, чтобы выразить себя и живописать приключившееся с ним. Его повествовательная манера и сочный язык - это запечатленная на письме гавэнда.

      На фоне литературно-художественных представлений 30-х гг. XIX в. только что открытое творение Пасэка было столь необычно, колоритно и свежо, что возникла молва о блестящей фальсификации современного талантливого автора. С тех пор "Воспоминания" непрерывно переиздаются вплоть до наших дней. В 1838 г. появился немецкий перевод, в 1877-м - фрагменты на русском языке, в 1896-м это произведение выходит на датском, в 1922-м - на французском.

      Опус провинциального "сармата" оставил глубокий след в польской литературе XIX в., во многом повлияв на формирование исторического и реально-бытового романа-гавэнды, а также гавэнды поэтической. Самобытные, глубоко национальные по духу мемуары Пасэка и поныне воспринимаются учеными и читателями как историко-культурный документ, а одновременно - литературный памятник. Обаяние этого перла сарматского барокко испытали на себе крупнейшие художники, начиная с Мицкевича. Его суждения особенно интересны как мнение одновременно эрудита-филолога и поэта-романтика. Привлекают они и как свидетельство писателя времен расцвета польского исторического романа, на который столь значительное воздействие оказало мемуарное и эпистолярное наследие прошлого. В лекции, прочитанной 21 декабря 1841 г. в парижском Коллеж де Франс, Мицкевич говорит: "Мемуары эти интересны как исторический памятник и как произведение искусства". Затем, характеризуя стиль Пасэка, его манеру, любовь к деталям, Мицкевич констатирует: "Он, так сказать, угадал жанр исторического романа". И далее интересное сопоставление: "Французские мемуаристы всегда вдаются в оценку планов военачальников, результатов боев, не входя в детали. И только у романистов исторической школы, например у Вальтера Скотта, мы находим занимательные детали из жизни воинов, замечания о движении полков, о схватках один на один. Описывалась и доблесть простых воинов, но не найти мемуаров, которые бы в такой степени сравнились с "Воспоминаниями" Пасэка. Поэтому и обладают они всем очарованием исторического романа". И ниже: "Стиль его классичен. Он обладает свободой, обаянием и легкостью прозы мемуаристов, а вместе с тем абсолютно славянский".