Будь в курсе последних новостей вместе со Snaryad.info подпишись на ленту новостей  

Плодотворно начатое в Толедо общение...

      Плодотворно начатое в Толедо общение с Лопе де Вега и литературными кругами оказалось прерванным срочной миссией, возложенной на брата Габриэля Тельеса орденом и королевской властью: он отправляется на о. Эспаньолу (ныне о. Гаити) в провинцию Санто-Доминго, крайне нуждающуюся в реформах и переменах. Миссия почетная, но тем не менее отстраняющая монаха-драматурга от жизни метрополии, жизни театральной и политической. Теперь он прежде всего проповедник и лектор, должно быть, блистательный. Брат Габриэль Тельес целиком погружается в теологические проблемы, Тирсо де Молина на время прекращает существовать. Три курса теологии (по шесть месяцев каждый) приносят ему высокую должность дефинитора провинции. Выполненная с успехом миссия заканчивается продвижением в орденской иерархии и переводом в Мадрид, где Тирсо де Молина снова с головой погружается в театрально-литературную среду.

      Литературный Мадрид 1620-х - это непримиримые Луис де Гонгора и Франсиско де Кеведо, находящийся в зените славы Лопе де Вега и стоящий в начале пути Педро Кальдерой, т. е. все те, кто составит славу испанской культуры. Мадрид - это арена для литературных споров и беспощадной полемики, развернувшейся между "классицистами" и приверженцами "новой комедии".

      Сложно и неоднозначно складываются отношения Тирсо де Молина с создателем испанской комедии Лопе де Вега. Тирсо - верный ученик Лопе, он во всем поддерживает своего учителя и "постоянно защищает его учение от тех, кто столь яростно его оспаривает". Свои драматургические взгляды он вложит в уста дона Алехо, одного из персонажей "Толедских вилл", отстаивающего их в споре с неким "напыщенным болваном" - приверженцем слепого подражания древним. "Надо ли удивляться, что комедия, подражая и ремеслу, и Природе, изменяет правила своих изобретателей и, искусно скрещивая трагическое с комическим, создает приятную смесь двух противоположных начал, а также, заимствуя нечто от каждого из них, выводит то персонажей серьезных, как в трагедиях, то смешных, как в древних комедиях" (пер. Е. Лысенко). Высказанные за 12 лет до появления "Сида" Корнеля взгляды Тирсо по сути предвосхищают знаменитый "спор о единствах", разразившийся во Французской академии. Ничто, казалось, не должно было помешать дружбе двух драматургов, но в 1620-х происходит резкий разрыв (и вновь причины остались тайной). Отношения осложнились до того, что Лопе не упомянет имени Тирсо в своем перечне именитых поэтов, тот же, в свою очередь, не будет в ряду тех, кто отзовется стихами на смерть великого испанского драматурга (1635).