Будь в курсе последних новостей вместе со Snaryad.info подпишись на ленту новостей  

Все, что мы видим, - это цветы

      "... Все, что мы видим, - это цветы. О чем бы мы ни думали - мы думаем о луне. Если мы не видим цветов, то ничем не отличаемся от дикарей. Если наша душа не цветок, в нас нет человечности..." В одном путевом дневнике Басё описал свое паломничество в храм Касима, куда ездили любоваться луной. Однако шел дождь, и луны увидеть не довелось - только слабое сияние сквозь дождевые тучи. Возникшее при этом настроение оказалось для поэта таким ценным, что он пишет: "Очарование шума дождя при лунном свете было столь сильным, что я не мог найти слов, чтобы выразить свои чувства". Глубина переживаний словно мешает Басё отливать их в стихи. Так, в его самом знаменитом стихотворении о горе Фудзи говорится о том, что он не смог увидеть ее за дождем и туманом.

      В "Рукописях из дорожного мешка" Басё признавался, что долгое время наслаждался "глупыми стихами" и наконец решил посвятить им всю жизнь, не смог излечиться от вздорной привычки писать, хотя и боролся с собой: начинал служить, пытался стать монахом. Еще одно дальнее путешествие было предпринято Басё, чтобы увидеть луну в том месте, откуда ею любовались прославленные поэты императорской антологии "Собрание старых и новых песен Японии" (Кокин вака сю, X в.). Из обычая любоваться луной, цветами (цукими, ханами - буквально смотрение на луну, цветы), как считают многие японские филологи, выросла японская классическая поэзия. Басё припоминал, как он лежал в комнате на постоялом дворе и старался облечь в поэтическую форму впечатления дня, но нужные слова никак не приходили. Тогда он принялся бить себя в отчаянии по голове и стонать, а оказавшийся рядом священник, испугавшись, стал развлекать его рассказами о чудесах, творимых Буддой.