Будь в курсе последних новостей вместе со Snaryad.info подпишись на ленту новостей  

Философскими основами мировоззрения...

      Философскими основами мировоззрения Бедиля стали пантеизм и рационализм. Бог, по его мнению, тождествен природе, растворен в ней и не существует вне ее, подобно тому, как волна и пена не существуют вне реки или моря. Реальный мир, природа, материя - вечны, они находятся в постоянном движении и изменении: "Превращаясь в небытие, становимся бытием; превращаясь в землю, становимся телом и душой. Смерть есть исчезновение, исчезновение является источником появления новых веществ... Наше понятие не могло познать этого и называло исчезновением (фано); но на самом деле, от частицы атома до Солнца все в движении вечного бытия. В действительности нет абсолютного исчезновения, оно не присуще истине" (перевод И. Муминова). Мир и природа, по Бедилю, познаваемы, и познание одна из главных целей человеческой жизни, но для того, чтобы познать мир (и Бога, слитого с ним), нужно не откровение, не мистический транс, а "озаряющая путь наука":

           Зерно стало шелухой, если до невежества дошло.

           Шелуха - зерном, если до науки дошла.

           Всякий, кто зажигает свечу от науки,

           Во веки веков не примет смерти.

      Перевод И. Муминова     

      Более того, Бедиль имел смелость усомниться в том, во что его современники, даже самые просвещенные, верили безоговорочно: "...у аскетов, мистиков, нищенствующих монахов принято посвящать себя страданию, мучению, и они умерщвляют свою плоть и отказываются от всего в этом мире, благодаря чему у них падает дух, и в результате перед глазами этих людей появляются различного рода фантастические видения - демоны, феи и т. д. , а впоследствии они становятся безумными, сумасшедшими и гибнут подобно тому, как с уменьшением масла гаснет светильник" (перевод И. Муминова). Такое суждение было чрезвычайно смелым для человека средневековья, все равно восточного или западного, когда мистическим откровениям "божьих людей" и изречениям юродивых верили гораздо больше, чем доводам разума.