Будь в курсе последних новостей вместе со Snaryad.info подпишись на ленту новостей  

Дальше ситуация развивалась стремительно

      Дальше ситуация развивалась стремительно. Тушэту-хан нарушил договоренности с ойратами. В 1688 г. Галдан-Бошогту-хан напал на Халху. Халхасцы потерпели поражение. И... в 1691 г. Северная Монголия обратилась к правительству маньчжуров с просьбой включить ее в состав империи Цин и оказать помощь в борьбе с западномонгольскими захватчиками.

      Еще раньше Джебдзун-Дамба-хутухта писал маньчжурскому императору Сюанье: "Все тайчжи (князья) восточной и западной стороны, считая меня за учителя-ламу, говорили мне: если хутухта говорит, что он поддастся, мы также поддадимся". И маньчжуры всячески склоняли к себе Святейшего - делали богатые подношения, приглашали ко двору, официально признали высшим среди духовенства всех монголов. Как видим, не безрезультатно. Именно он возглавил сторонников присоединения к Цинскому Китаю. Основную угрозу Джебдзун-Дамба видел в распрях халхасцев с ойратами, в набегах воинственных соседей, угоне ими скота и людей, разрушении монастырей и возможном стремлении завоевать Халху.

      Маньчжуры же казались ему милостивыми и просвещенными, за ними стояли богатство и культура Китая. Последнее, очевидно, играло немаловажную роль для Джебдзун-Дамба-хутухты, который постепенно становился поклонником китайского образ; жизни, а с 1690-х гг. и вовсе большую часть времени проводил при маньчжурском дворе. В конце концов он даже стал близким другом императора Сюанье, который с большим уважением отзывался о монгольском хутухте, писал о нем Далай-ламе. По-видимому, глава монгольской церкви во многом повлиял на покровительственное отношение Сюанье к буддизму, его почитателям и иерархам.